23 KiB
Жили-были в Большом Шуршащем Лесу два енота: Шуршик и Лапка. Шуршик был енотом-ускорителем: сначала делал, потом думал, потом снова делал, потому что “вдруг не доделал”. Лапка была енотом-организатором: у неё даже хвост иногда выглядел так, будто он распланирован на неделю вперёд — полоска понедельник, полоска вторник и так далее.
Самым лучшим другом у них был барсучонок Тёпа. Тёпа считал себя серьёзным зверем: он любил порядок, собирал “настоящие полезные вещи” и ходил с блокнотом из берёзовой коры. В блокноте было написано: “Список важных дел”. Под списком было написано: “1) Не паниковать. 2) Если паника началась — зачеркнуть пункт 1”. Тёпа говорил, что это шутка, но зачёркивал пункт 1 довольно часто.
Ещё у Тёпы был фонарик. Не обычный, а живой: светлячок по имени Плюм сидел в баночке и светил. Баночка была с дырочками, чтобы Плюму не было душно, и с табличкой “Пожалуйста, светить по настроению”. Плюм светил обычно по настроению “хочу печеньку”.
Однажды вечером Шуршик и Лапка устроили традиционную охоту за сокровищами. Сокровищами они называли всё, что блестит, хрустит или красиво падает в карман. Шуршик нашёл крышку от варенья и сказал: — Лапка! Это корона! Лапка посмотрела на крышку и уточнила: — Корона для очень маленького короля. Для улитки, например. — Тогда я буду Король Улиток! — радостно объявил Шуршик и попытался надеть крышку на голову. Крышка сразу же съехала ему на нос. Шуршик стал выглядеть так, будто нюхает власть.
Тёпа подошёл, вздохнул и достал из сумки прищепку. — Если мы собираемся играть в короля улиток, правила такие: сначала безопасность, потом королевство, — сказал он и прищепкой закрепил “корону” на Шуршиковом ухе. Шуршик стал Королём Улиток с серьёзным ухом.
Лапка тем временем нашла пуговицу и заявила: — Это кнопка “Стоп”. — Отлично! — обрадовался Шуршик. — Нажимай на меня, когда я слишком быстрый! Лапка прищурилась. — Мне понадобится мешок пуговиц.
Они шли по тропинке и обсуждали, что именно из найденного можно обменять у белки Зины на пирожок. В лесу всем было известно: если у тебя есть блестящая штука — белка Зина уже где-то рядом и делает вид, что “случайно проходила”.
И правда, из кустов высунулась рыжая мордочка: — Ой, здравствуйте! Какая у вас… крышка… то есть, простите, корона! Очень королевская! — сказала Зина и сразу же улыбнулась так, как улыбаются только те, кто уже придумал план обмена. Тёпа прижал сумку к животу. — У нас всё по-честному, Зина. Мы ничего не меняем без договора. — Конечно-конечно! — закивала Зина. — Я просто смотрю. Очень внимательно. На расстоянии одного прыжка.
И тут лес издал звук “динь-динь”.
Звук был знакомый всем зверятам: так звенел Колокольчик Тропинки. Это был маленький цветок у ручья, который предупреждал, если кто-то ушёл слишком далеко или свернул не туда. Он как будто говорил: “Эй! Вернись! Там дальше кочки, а ты в белых носочках!” Особенно полезно это было для зайцев, которые умудрялись заблудиться даже между “здесь” и “вот тут”.
Но сейчас “динь-динь” прозвенело странно: будто Колокольчик кашлянул, потом чихнул и замолчал.
Шуршик сразу напрягся: — Колокольчик заболел! Лапка подняла палец: — Или кто-то его утащил. Тёпа открыл блокнот: — План: 1) Не паниковать… И сразу же зачеркнул пункт 1.
Друзья побежали к ручью. По дороге Шуршик пытался бежать и одновременно рассматривать корону, которая всё время стремилась снова съехать на нос. Лапка бежала ровно и красиво, как будто у неё внутри был маленький метроном. Тёпа бежал с достоинством, но достоинство всё время отставало на полшага и догоняло.
У ручья они остановились. Там, где обычно рос Колокольчик, была только ямка и один грустный лепесток. — Всё. Тропинка теперь без звука, — печально сказала Лапка. Шуршик возмутился: — Как это “без звука”? А если я уйду куда-то и не вернусь? Кто меня будет звать?! Тёпа уточнил: — Мы тебя будем звать. — А если вы тоже уйдёте куда-то и не вернётесь?! Тёпа посмотрел на Лапку. — Тогда нас будет звать кто-то ещё. Например, Зина, если у нас останется что-то блестящее.
Зина, которая “случайно проходила” прямо рядом, кашлянула: — Я вообще-то не зову, я… предлагаю обмен, — сказала она, делая вид, что у неё нет ушей, которые всё слышат.
Лапка присела и стала изучать землю. — Здесь следы. Маленькие. И… — она принюхалась, — пахнет… мёдом? Шуршик радостно подпрыгнул: — Мёд! Значит, это медведь! Медведи всегда всё делают с мёдом, даже если это не нужно! Тёпа покачал головой: — Медведь бы не оставил ямку. Он бы оставил яму. И ещё два бутерброда.
Следы действительно были маленькие. И рядом валялся комочек паутины. — Похоже на работу паука, — сказал Тёпа. Шуршик представил паука, который уносит цветок, и не выдержал: — Паук с цветком?! Он что, на свидание пошёл?! Лапка серьёзно ответила: — Может быть. Но тогда почему он тащит чужой Колокольчик? Зина подняла лапку: — А можно я скажу? — спросила она таким тоном, будто сейчас скажет что-то очень полезное. — Можно, — сказала Лапка. — Я видела ворону Клару. Она летала с чем-то звенящим… и очень гордилась. Она сказала: “У меня новый аксессуар!” — сообщила Зина и посмотрела на Шуршикову крышку-корону. — Впрочем, у некоторых аксессуаров вкус сомнительный. Шуршик обиделся: — Это корона! Королевская! Улиточная! Тёпа быстро записал в блокнот: — Подозреваемая: ворона Клара. Мотив: аксессуар.
Друзья пошли по тропинке к старому дубу, где ворона часто сидела и делала вид, что она “главная новость леса”. По дороге Шуршик вдруг остановился. — Подождите. А если Клара не украла, а… спасла? — От чего? — спросила Лапка. Шуршик задумался: — От скуки. Тёпа вздохнул: — Твоя теория всегда начинается с “а если” и заканчивается “ой”.
Пока они шли, Плюм в баночке начал светить ярче. — Плюм, тебе что, весело? — спросила Лапка. Плюм моргнул: — Ж-ж-ж… (что примерно означало “опасность” или “печенька”, но отличить было трудно). Тёпа повернул баночку: — Плюм светит так, когда рядом что-то блестит. Или когда ты, Шуршик, снова нашёл крышку.
Шуршик радостно зашуршал в кустах. — Я нашёл ещё одну крышку! — Нет, — хором сказали Лапка и Тёпа. Шуршик аккуратно положил крышку обратно, как будто это была редкая птица, которая может обидеться и улететь.
У дуба они увидели Клару. Ворона сидела на ветке и действительно была “с аксессуаром”: к её лапке была привязана ниточка, а на ниточке что-то звенело. — Клара! — крикнула Лапка. — Это Колокольчик Тропинки? Клара важно наклонила голову: — Во-первых, здравствуйте. Во-вторых, это не “Колокольчик”, а “модный лесной звон”. В-третьих, он очень мне идёт. Шуршик прищурился: — Он идёт не тебе. Он стоит на тропинке и работает! Он как… как… — Шуршик искал сравнение, — как прищепка на носу у короля улиток! Тёпа быстро убрал прищепку из сумки, чтобы никто не вдохновился.
Клара фыркнула: — Да что вы понимаете. Я хотела сделать красиво. Представьте: я лечу, звеню, все смотрят. Я — новость! Лапка сказала спокойно: — А теперь представь: кто-то идёт, не слышит, сворачивает, падает в кусты крапивы и становится новостью по-другому. Клара задумалась. Видно было, что мысль о крапивной новости ей не нравится.
Но тут Колокольчик зазвенел сам — жалобно и громко. Ниточка дёрнулась, и из-под ветки выполз паук Пафнутий. Он был большой, серьёзный и очень обиженный. — Это моя паутина! — заявил Пафнутий. — Я плёл её два вечера! Два! А вы тут звените, дергаете, модничаете! У меня из-за вас узоры сбились, и теперь это не “Сеть мечты”, а “Сеть с характером”! Шуршик шепнул Лапке: — Он художник. Пафнутий продолжил: — А цветок я вообще-то спас! Его чуть не унесло ветром в болото! Я поймал! А она! — он ткнул лапкой в Клару, — привязала к себе и сказала: “Теперь ты мой брелок”! Клара насупилась: — Брелок — это комплимент. Тёпа вмешался: — Давайте без ссор. Нам нужно вернуть Колокольчик на место. И починить паутину, если возможно. И всем остаться довольными. Это пункт… — он посмотрел в блокнот, — пункт “пожалуйста”.
Пафнутий сложил лапки: — Починить паутину можно, но мне нужна помощь. Кто-то должен держать ветку, чтобы она не качалась. Шуршик поднял лапу: — Я! Я держатель веток! Лапка быстро сказала: — Только не тряси. — Я не трясу. Я… вибрирую от ответственности, — честно признался Шуршик.
Тёпа придумал план:
- Лапка аккуратно снимает Колокольчик с ниточки
- Шуршик держит ветку и не вибрирует (по возможности)
- Пафнутий чинит паутину
- Клара приносит извинения… хотя бы короткие, чтобы не устать
— Я могу принести извинения длинные, — сказала Клара. — Я умею длинные речи. — Не надо, — быстро сказал Тёпа. — Нам хватит коротких. Слова экономим, энергию бережём.
Лапка подошла к Колокольчику. Он был немного помят и выглядел так, будто пережил модный показ без репетиции. — Не бойся, — тихо сказала Лапка цветку. — Мы тебя домой. Колокольчик звякнул: “динь”. Шуршик шепнул: — Мне кажется, он сказал “спасибо”. Тёпа уточнил: — Или “осторожно, я щекотливый”.
Лапка стала распутывать ниточку. Шуршик держал ветку изо всех сил и… конечно же, немного вибрировал. Пафнутий работал быстро, но каждый раз, когда ветка дрожала, он ворчал: — В искусстве дрожь допустима только в душе, а не в ветках!
Клара, чтобы не скучать, начала давать советы: — Может, тут бантик добавить? А тут бусинку? А тут второй Колокольчик, чтобы было “динь-динь” стерео! Лапка строго посмотрела: — Клара, лучше молчи и думай об извинениях. Клара замолчала и стала думать так громко, что казалось, будто у неё мысли каркают.
Наконец Колокольчик освободили. Пафнутий закончил паутину и сказал с гордостью: — Всё! Теперь это снова “Сеть мечты”. Даже лучше прежнего. Тут у меня новая идея — узор “Енот в короне”. Шуршик расправил плечи: — Это про меня! Пафнутий посмотрел: — Нет. Это про улитку. Но вдохновлено твоим лицом, когда корона съехала на нос. Шуршик не обиделся: быть вдохновением — уже почётно.
Оставалось самое важное: вернуть Колокольчик на тропинку у ручья. Дорога обратно оказалась сложнее, потому что Клара всё время пыталась нести цветок “как модель”: высоко, красиво, с поворотом головы. Лапка забрала Колокольчик и понесла сама, как настоящую важную вещь — двумя лапками, осторожно, без модных поворотов.
По пути они встретили зайца Пыха. Пых был известен тем, что терялся даже на собственной мысли. — О! — обрадовался Пых. — А вы куда? Тёпа сказал: — Возвращаем Колокольчик, чтобы никто не заблудился. Пых побледнел: — Так вот почему я сегодня заблудился! Я шёл сюда… а пришёл туда… а потом снова сюда… и теперь я не уверен, где мои уши. Шуршик посмотрел на уши Пыха: — Уши на месте. Пых облегчённо выдохнул: — Фух. Тогда я с вами. Вдруг у меня ноги тоже уйдут.
Когда они дошли до ручья, Лапка поставила Колокольчик в ямку. Тёпа укрепил землю палочками, как маленький инженер. Шуршик посыпал вокруг “для красоты” блестящими камешками (Лапка хотела запретить, но камешки правда выглядели мило). Пафнутий натянул рядом тонкую “ветрозащитную” ниточку, чтобы цветок не унесло. А Клара, стоя в стороне, наконец сказала: — Простите. Я… хотела быть новостью, а стала проблемой. Больше не буду привязывать цветы к себе. Только… если они сами попросят. Колокольчик звякнул. Шуршик важно кивнул: — Он сказал “не просил”. Клара вздохнула: — Поняла.
И тут Колокольчик зазвонил как положено: “динь-динь”, весело и ровно. Тропинка будто выпрямилась, лес снова стал понятным и дружелюбным. Даже ветер затих, как ученик, который понял, что учитель смотрит.
Зина тут же появилась “случайно”: — Ой, вы такие молодцы. А у вас… случайно… не осталось лишних блестяшек? — спросила она. Шуршик расправил хвост: — Осталось! Но мы теперь меняем только на важное. — На что? — заинтересовалась Зина. Лапка сказала: — На пирожки. Тёпа добавил: — И на печеньки для Плюма. Это пункт “пожалуйста номер два”.
Зина хитро улыбнулась: — Пирожки — это серьёзно. Ладно. За спасение Колокольчика я сделаю скидку. Но корону-крышку я всё равно хочу. Шуршик прижал крышку к груди: — Нет. Это символ моего улиточного величия. — Тогда обменяю на другую корону, — сказала Зина и достала… маленькую шишку с блестящей фольгой. Шуршик ахнул: — Это же Корона Шишечного Короля! Лапка закрыла глаза: — Ох, началось… Тёпа тихо сказал: — Зина, ты опасна. Зина пожала плечами: — Я предприниматель.
Вечером друзья сидели у пня и ели пирожки. Плюм светил довольным тёплым светом. Пафнутий рассказывал, как правильно плести “ветроустойчивые узоры”. Клара тренировалась говорить коротко и получалось так: — Извиняюсь. — Молодец, — сказала Лапка. — Очень извиняюсь. — Уже длиннее, но терпимо, — сказал Тёпа. — Супер-извиняюсь! — радостно каркнула Клара. — Всё, хватит, — засмеялся Шуршик и чуть не уронил свою новую шишечную корону в пирожок.
А Колокольчик Тропинки звенел у ручья и, кажется, был счастлив. Потому что в лесу снова стало понятно, куда идти. И ещё потому, что теперь рядом лежали блестящие камешки, а еноты часто приходили проверить, не скучно ли ему.
Так в Большом Шуршащем Лесу все запомнили: если хочешь быть модным — будь добрым. Если хочешь быть быстрым — не забывай думать. А если у тебя есть друзья, то даже корона на носу — не беда, а повод посмеяться.